<--- Гостиная

Весьма кстати дом был достаточно пуст этим утром, чтобы пара успела насладиться друг другом по дороге к спальне. Нет, и все же Йор весьма устала с дороги, но как соскучилась!
...и черт бы побрал этого незваного Люциуса!
Женщина тяжело бухнулась в кресло, предложенное ей сразу переключившимся на дела Стэном.
- Весьма рада, - фыркнула Йор и с ногами забралась в кресло, поглядывая на господина Малфоя как кошка на весьма неудачно забредшую в ее владения мышку. Нет, столь внушительного и, надо заметить, весьма неплохо выглядящего мужчину нельзя было назвать мышкой, но очень хотелось надавать лапами по ее вездесущим усам. А еще укусить за хвост, да-да, неприменимо за хвост.
Пока в голове Гиорики роились мысли, а образ стоящего перед ней Люциуса обрастал усиками и хвостом, Стэн прошел к бару. Весьма кстати!
- Все что угодно, но по-крепче! - так же буркнула госпожа Нортон и вновь принялась за созерцание вида Малфоя. Что-то доверия он ей не внушал... Как, впрочем, и любой сторонник тьмы. Женщина вздохнула... И как ее угораздило некогда ступить на эту сторону?
Взгляд метнулся к Рабастану.

-Думаю, что сегодня мы опустим вопрос о моих проблемах. Тем более я просто хотел хоть раз поступить, как человек, а не полная мразь. А именно собирался рассказать тебе один факт - давний и тебе не известный. Первый и последний секрет. Секрет от тебя и Северуса. Он помог когда-то выжить двум, тогда еще, невинным душам.- Люциус старался говорить без эмоций и голос его ни разу не дрогнул - ровный, приятный, раскатистый. В голове его была буря. Стэн все равно узнает. Узнает сегодня же. не простит. Если повезет - даст уйти. Отвечать ему я не хочу, а на щите долго не вытяну под его Непростительными заклятиями.
Решив, что он просто выслушает Лестрейнджа, Люц с удовольствием сделал глоток обжигающего напитка и по телу разлилось тепло. Ну что она на меня так смотрит? Милая, сексуальная девушка. Только вот и за меньшие проступки, нежели такой взгляд или грубость, с кончика палочки Ледяного Короля летела Авада Кедавра. Ну ладно, она со Стэном. Должен же его кто-то держать в руках, когда ... Малфою даже думать не хотелось о том, что они станут врагами. Слишком хорошо Бешеный знал его тактику, удары, повадки и... Слабость....
-Стэн, продолжай. у меня все равно ничего серьезного.-Блондин выжал из себя дурацкое подобие дружеской улыбки и продолжил пить.

Я сам виноват. Неужели он не догадался о заклятиях, спросите вы. Догадался, конечно. Даже больше - он знал о них. Что мне, жить надоело? И почему я не могу наврать ему? Ведь у таких, как мы - нет друзей, нет любви, нет счастья, нет жизни...у нас ничего нет, кроме власти, силы и Смерти. Хорошо хоть от его рук. Его я простить смогу. Да и Драко, в таком случае, он не навредит.
- Хорошо. Только выслушай меня до конца. Не перебивай. Подозреваю, что твой брат уже в курсе, но мне не хотелось, чтобы тебе это сказал другой человек...не я...дикий смех...
Уже сейчас Люциус видел, как глаза его лучшего друга переходят в состояние бешенства и ... страха? Нет, наверное ему показалось. Предатель...
-Рабастан, - о, как давно не было этой официальности между ними, - двадцать четыре года назад ко мне пришла моя близкая, на тот момент, подруга и попросила...хотя уместнее будет слово: УМОЛЯЛА... Спасти ее от неминуемой смерти. Она оказалась между двух огней. Я сам не знаю, почему помог ей тогда... просто не смог отправить юную девушку на смерть. Это было как раз тогда, когда нас накрыли авроры. Она... -  в глазах Малфоя отразилась боль, тупая сильная боль. Глаза потемнели почти до черного цвета. Как он надеялся на то, что этого разговора удастся избежать! - Она была замужней женщиной уже тогда, беременной от другого мужчины. Причем и один  и второй были тогда, да и сейчас, очень сильны. Между молотом и наковальней... Это была... Белла...
Прощай, друг...

Вот и все...лучше бы я был не прав и мой Стэн, тот самый, который вытаскивал меня из передряг и тот, кого я был готов защищать до последней капли крови. Он не изменил себе. Ни Азкабан, ни тот уход из жизни Лестрейнджей... ничего мне не помогло. Мне кажется или я прочел твои мысли, Стэни? Ты думал, что я боюсь смерти? Или ты хочешь себя в этом уверить? - по красивому бледному лицу пробежала тень.
-Стэн, ты так и не смог изменить себе... ты так и не понял, что бояться смерти в мои годы - смешно.
Тонкие пальцы вновь прошлись вверх-вниз по палочке. Люциус не пожелал бы и врагу почувствовать это на своей шкуре. Мерзко, противно... он чувствовал себя маленьким нашкодившим мальчишкой. Почему ты не можешь просто мне вмазать, выйти из себя? Вести себя со мной так, как повел бы себя с каждым другим? Я предал тебя. Точнее твоего брата. А ведешь ты себя так, будто я тебе про политику разговоры веду. Друг. С самого рождения у Малфоя никогда не было друзей. Никто не понимал своенравного блондина, никто не хотел разбить ту стену недоверия и озлобленности на весь мир, чтобы увидеть... Душу. Да и у такой Мрази, как Люциус Малфой она была. Единственным человеком, которому стала небезразлична судьба маленького, тогда еще беззащитного Лютого - Рабастану Рамиро Лестрейнджу. Жестокому, серьезному, сильному, развитому не по годам. Лишь он увидел искорку добра в юном Ледяном Короле. А сейчас бил по больному месту. Он знал, что и как надо сказать. Для того, чтобы у Люца перешибло дыхание.
-Имя
Блондин криво усмехнулся. Странный он, его друг...или враг уже...не понять...
Грустное это было зрелище - два зверя в одной клетке и обоим так паршиво...
-Ты знаешь имя нашего Лорда не хуже моего...

-Ты… Ох. Ладно. Поменьше пафоса, мой дорогой. Расслабься. Я ни в чем тебя не виню. Белл как была дурой, так ею и помрет. Этого стоило ожидать. Твоя помощь…Что ж, это даже лучше, чем я мог надеяться. Ты так старательно выбиваешь из себя человечность- Шок... В глазах Люциуса была такая буря эмоций, что казалось вот-вот он взорвется миллионом разноцветных искорок и звездочек. Он ошибался, он так ошибался. Стэн остался тем самым парнем, который когда-то помог маленькому Слизеринцу найти дорогу в спальню. Тем, кто следил за первыми успехами в Квиддиче, проверял эссе и контрольные, сидел рядом с его кроватью, когда малыш подхватил лихорадку. Бешеный всегда был для него "Стэни" - не было такого дня с момента их знакомства, чтобы Блондин не думал о том, настоящая у них дружба или отношения, построенные на взаимовыгоде и взаимозачете.
Когда Рабастан провел по его лицу рукой... Люцу захотелось вновь стать ребенком... обнять его, почувствовать защиту "старшего брата", то что ты и правда кому-то нужен! То, что ты не один в этом мире!!!
что я начал было сомневаться в наличии у тебя каких бы то ни было чувств. Спасибо, что развеял мои подозрения. Я не хотел тебя терять. Люциус, пойми. Ты- мой ближний круг. Каких бы ледяных щитов ты не понаставил и что бы ни натворил. Что ты тут сидишь и убиваешься?- Чувства... Малфой даже забыл о них, а сейчас не мог сдержать глупой, почти детской, улыбки. Ледяные щиты в тот же миг рухнули к ногам мужчин. Нет, Люц не собирался бросаться на шею к вновь обретенному другу, но в его холодных, как айсберги, глазах появилась доброта. Сложно ребенку, не видевшему вокруг себя ни нежности, ни ласки, ни заботы - выказывать свои, как говорил его отец "глупые чувства". И только Стэн этого когда-то добился. Он сумел разглядеть в колючем шарике одинокого волчонка и обяснить ему, что люди не всегда низменны и жестоки.
Думаешь, я тебя осужу? Зря. Люциус, мне, конечно, неприятно, что ты совсем меня не знаешь и не можешь предугадать реакцию, но это поправимо. Если ты, наконец, прекратишь замыкаться в себе и прислушаешься к тому что я говорю. У каждого своя жизнь. И в твоей жизни Руди не играет никакой роли. Это у меня он близок к центру мироздания. Каждый имеет право на свою жизнь и свои приоритеты. Ты не предавал моего брата. Его предала Беллатрикс. С нее спрос. Скажи, ты правда думал, что я способен причинить тебе вред из-за такой мелочи? Да, Беллу я убью с удовольствием. Но ты-то при чем?! Почему ты думаешь, что я способен одним махом перечеркнуть прошлое? Ты не помнишь, что я всегда, повторяю, всегда помогал тебе, во что бы ты не влип? Почему сейчас что-то должно измениться?- тихий гортанный смех прервал тишину, возникшую помле монолога Стэна. Люциус смеялся...действо под названием "слабонервным просьба не смотреть". Даже Лестрейндж, кажется был удивлен таким произведенным эффектом.
- Я боялся не смерти, дорогой мой друг, ни злобы, ни удара. Я просто не мог предугадать твоего дальнейшего отношения из-за того, что я что-то скрыл от тебя. Ведь ты помнишь, что тебе единственному я рассказывал, как играл со своим сыном каждый день. А однажды, даже, когда мы аппарировали в Малфой-Менор после очередного собрания, ты поднялся вместе со мной в спальню к Драко и около получаса катали с ним мячик. он еще тогда назвал тебя... "Тятя Тени". Помню, ты долго тогда смеялся - у меня чуть весь хрусталь не полопался, - снова улыбка. От Ледяного Короля, которого многие старались обходить стороной, не осталось и следа. Странно-неуклюжим для такого внешне-изящного человека, как Люциус Малфой, выглядел жест объятий. резко, порывисто и неуверенно он обнял единственного человека, который не судил его, а старался понять. И снова он стал малышом. Маленьким мальчиком, который считал Рабастана своим старшим братом. Забытое чувство.
-И я спрашивал имя ребенка. У Белл на лбу крупными буквами написано кто для нее все в этой жизни. Впрочем, можешь не отвечать на этот вопрос, я знаю ответ.
-Знаешь имя? Но откуда?, - Люц был шокирован такой новостью, ведь сам он еле-еле вытянул с задворков памяти то, как две сестры назвали сына Лорда и Беллы.

Отредактировано Lucius Malfoy (2009-04-14 02:37:01)

Кроме как молча наблюдать за столь неестественной для глаз Йор картиной, ей больше ничего не оставалось. Огневиски был прикончен в туже секунду, как двое друзей обнялись. Нет, Йор ничего против не имела, но чисто по-женски начинала ревновать и по-кошачьи фыркать.
Ох. хотела бы я тоже услышать от тебя такие нежные слова...
Девушка косо взглянула на мужчин.
И, кажется, вся эта информация не для моих ушей... А вообще. Очень забавно. Кто меня здесь знает? Знают, да, но как собачку подле Рабастана. Я что, навеки обрела себя на эту роль? Я не семья для Лестрейнджей, я не друг для Малфоев и прочих, с кем общается Стэн. Черт возьми, я даже не враг его врагов! Кто я?
Я просто пьянею уже...
Йорика отвела взгляд. Она молчала. Люциус Малфой - Ледяной Король? Для ее ли глаз эта ситуация? Положено ли ей видеть слабости этого мужчины? Положено ли все это слышать? Девушка прикусила губу, затем сощурилась, потом вытянула губы в трубочку и наконец подхватила со стола бутылку огневиски.
- С вашего позволения... - буркнула она и сделала два глотка прямо из горла.
Ааааа, Стэн, только не спрашивай меня ни о чем... Ага?
Просто как бесплатное приложение или часть интерьера. Нортон фыркнула. Сделала еще один глоток. Отвернулась от мужчин... И чего ей не хватает в жизни? Она вернулась к любимому человеку, но.... но что? Не хотелось больше ничего. Хотелось быть нужной не только ему... В голову женщины вновь полезли мысли о том, как счастливы они наверное были бы, если бы не Темный Лорд, постоянны войны и все это вокруг...
- Мальчики, кажется, этот разговор не для моих ушей, нет? Подожду за дверью, - Йор подмигнула Стэну, козырнула Малфою и привычной чуть пошатывающейся походкой двинулась к двери, насвистывая какую-то мелодию тихо-тихо. Женщина в весьма дорогом черном коротком платье, босиком, с растрепанным хвостом на затылке, с явно пьянеющими глазами и бутылкой огневиски в руках выглядела весьма и весьма... судите сами.

Отредактировано Giorika Norton (2009-04-14 11:59:47)

----- Комната Нагайны

Это глубоко, мне не разглядеть.
Я к тебе тянусь, но боюсь задеть.
Ты опять стоишь в круге пустоты.
Сложно добежать - сломаны мосты.
Раскаленный день не остудит дождь.
Отпущу тебя - навсегда уйдешь,
Но..но пока ты ждешь...ждешь.
Я хочу бежать, но куда? Зачем?
И помочь тебе не могу ничем.
Воздух по глоткам - мне куда идти?
Мы с тобой стоим на краю пути.
Холод по спине только не сейчас.
Просто посмотри в бесконечность глаз.
Так ты спасаешь нас, нас.

К черту репутацию Ледяного Короля и холодность, ставшую скорее привычкой, нежели состоянием души...
К черту жестокое равнодушие и бездумно брошенные фразы в порыве злости...
К черту жизнь, уж лучше потерять ее, чем существовать, осознавая самую большую ошибку в своей жизни...
Забыть обязательства и принять новую способность чувствовать
Заработать прощение, пусть и пройдя через жестокие испытания...
Исключить из своего арсенала издевки и намеренное причинение боли тому,кто действительно дорог. Тому, кому ты не единожды обязан жизнью. Как бренного тела, так и бессмертной души.
Только бы успеть... успеть исправить то, что было сделано неосознанно

Порт-ключ... пароль "Рабастан - убью"... Друг, ты не меняешься... И кто после этого любит красивые действа Театра Теней?

Оказавшись в спальне Рабастана, Люциус рванул к хозяину, валявшемуся на ковре в луже крови. Упал на колени перед тем, чью смерть он никогда бы не хотел заносить в свой актив. Глаза закрыты, еле слышное дыхание, руки и ноги безвольно раскинуты. Один рукав рубашки задран. Он напоминал маленького мальчика - невинного и прекрасного. Мальчика, окунувшегося в чудесные сновидения. Хорошо, что Малфой внимательно слушал Северуса, когда тот рассказывал о противодействии Сектусемпре. Лестрейндж тогда дико смеялся, удивляясь, зачем она нам, если это заклинание известно только нам троим. Вот зачем, дорогой мой мальчик. Вот зачем. Собравшись, Блондин прикрыл глаза и начал невербальное заклинание по восстановлению после кровопотери и иных телесных повреждений. На лице Стэна начал появляться румянец, потом медленно открылись медовые глаза и взглянули с удивлением. Люц качнулся, потому что заклинание лишь перенесло энергию от одного до другого. Энергия из воздуха не берется. Улыбнувшись измученно, Малфой обнял того, кто мог так безрассудно жертвовать собой ради достижения цели и сохранения своего близкого круга.
- Рабастан, я тебя убью, потом убью... Тело Блондина обмякло и рухнуло на пол...

Отредактировано Lucius Malfoy (2009-04-26 17:34:54)

Мягко...тепло...отсутствие рубашки...одеяло...постель...Где я? Ах да, я был у Нагайны... Теплые губы, идеальное тело...Я заснул? О, Боггарт, я совсем выжил из ума! Или просто давно не позволял себе поддаться слабости желания? СТОП! Сова...письмо, нет какой-то сверток...Кроваво-алый Рубин в изящной оправе драгоценного металла. То самое кольцо, которое когда-то было получено Рабастаном от какой-то колдуньи. Где был мой мозг? Неужели я не мог догадаться, что это порт-ключ?! А пароль? Я же его не знал. Ах да, забыл, не первый год знаком с этим умником. А соя любимая фраза за последние годы совсем не изменилась: "Рабастан - убью!" И себя я после этого величаю лучшим стратегом современности? Конечно, я лучший, могу вывернуться из любой, даже самой щекотливой ситуации. Чему свидетельствует мое избежание покоев Азкабана. Но как же можно было попасться на этот давно избитый трюк??? Так, а что там было связано с этим кольцом? Воспоминания нахлынули на Блондина, память вырвала из того далекого дня их короткий, но достаточно емкий диалог:
[-Если ты разрежешь себе вены, я оторву тебе голову, понял?!
-Да ладно тебе! Сам слышал- кровь- это еще не все.]
Где можно было найти другого такого дурака? да нигде, во всей вселенной, Рабастан Лестрейндж - един в своем вымирающем виде. О да, я помогу тебе это сделать! Скотина бездушная, неужели ты не понял, что весь этот спектакль был разыгран не сердцем, а разумом? Неужели не понял, что я не хочу терять своего ребенка и своего единственного друга? Про Северуса беспокоиться не стоит - Альбус и правда не даст его в обиду. А с его магией не поспоришь ни ты, ни наш Лорд. Мой Лорд...А мой ли он сейчас? Он уже наверняка знает о том, где я оказался. Пусть даже не по своей воле. Это вряд ли его заинтересует. Интригующая ситуация. С одной стороны -Лорд, разъяренный моими выходками и явной привязанностью к его врагу. С другой стороны - Рудольфус, жаждущий отмщения своей мнимой чести. Следить надо за женой, а не спускать ей влюбленность в начальника. Сам виноват. Надо было снять розовые очки. Но это - лирика. на самом-то деле с одной стороны - семья. Драко и Цисси. Ни один, ни вторая защититься от Авады не смогут. Нет, о чем это я, холодному разуму Нарциссы даже я могу поавидовать, а теперь так даже вдвойне. Драко... сын, вот тебе-то придется несладко. Нагайна, помимо своей сражающей на повал красоты, еще и умна. А уж о ее силах и думать не хочется. Белла, эх, подруга... подруга детства, сколько раньше я ругался с Руди, прикрывая твои глупые выходки. Сколько было громких ссор и мировых меж нами. Куда делась та умная, сильная девушка? Что ты сотворила с собой и со своей жизнью? Плюнула в душу тому, кто единственно был влюблен в тебя, боготворил и прощал все, предпочитая сорваться на ком-нибудь другом?! Отдала всю себя Темному Лорду, забыв о том, что помимо любви есть еще жизнь. Твоя же была окончена в тот день, когда я отправил твоего сына прочь, после чего пришло лишь жалкое существование. ты смогла обречь нелюбимого мужа на соседство с дементорами лишь ради своей больной фантазии, что твой Господин может возродиться сию же секунду. да еще и второго Лестрейнджа прихватила на курорт в Азкабан. Верность? Возможно. Упертость и уверенность в своей правоте? Точно!
Ладно, вернемся к тому, что же сейчас делать. Палочки нет. На комнате защитные заклинания. Ну что ж, все меняется с течением времени, кроме предосторожности моего дорогого Стэни. Неужели ты думаешь, что я сейчас способен хотя бы на любимую Сектусемпру? Нет, драгоценный, я не в том состоянии. Вот придушить тебя - вполне, но для этого, как ты знаешь, палочка мне не нужна. Ну что же, пора приступить к новому этапу выяснения отношений. Нехотя, но с некоторым любопытством, открыл глаза и охватил стальным взглядом окружающую обстановку.
Так, кровать - мягкая и удобная. Одеяло - укутали, словно младенца. Мужчина. Ну конечно, я был прав. Надо же было так вырубиться. Раньше и больше мог выплеснуть энергии, а потом еще десятку мракоборцев завалить... Ты стареешь, парень...Наверное, внутренний голос прав.
Откинул одеяло - торс овеял легкий ветерок. Люциус приподнялся на локтях, вынул из кармана пачку сигарет, прикурил, расслабился.
- Здравствуй, Рабастан. Вот мы и встретились. Неожиданно. Ты умен, дорогой, очень умен. Будь добр, поделись пепельницей. Как видишь, я, в силу некоторых факторов, сейчас встать не способен.

Ну вот и началось... Ты бываешь серьезным? А где же эмоции и жажда действий? Хорошо, я поверю в твою игру... Сделаю вид, что поверю. Как интересно видеть тебя таким. Спокойным, безучастным и ... равнодушным? Так,этого быть не может! Ты решил МНЕ показать свое равнодушие? Неужели ты думаешь, что я поверю в такую глупость??? С детства мы ругались и мирились! Клялись в вечной дружбе и расставались навсегда, чтобы через пару дней один вытащил второго из очередной передряги и все ссоры были забыты! Хорошо, ты решил ранить меня моим же оружием? Я не буду мстить. Не буду строить из себя ледышку. Не потому что я считаю себя виноватым, такой мысли я как раз не держу в своей больной голове. Я и правда устал... Эти часы вымотали меня, выжали, словно лимон. Я не устаю удивляться собственному безрассудству. Где Ваши мозги, мистер Малфой? А нет их... нет их... Они были потеряны в тот миг, когда я понял, что ты натворил глупость и, если эта глупость зашла далеко, я мог бы потерять тебя... Уж извини, но мало ли, что я говорил - тебя терять я совсем не намерен. Аристократическое лицо искривила улыбка. Интересно, а что думает твоя драгоценная Йорика? Ведь с момента нашей первой встречи она не желает воспринимать меня. Странно, почему я не был с ней раньше знаком? Неужели, ты не посчитал важным познакомить меня с невестой? А еще мой шафер, блин! Каким же романтичным я стал за последнее время... Прям даже смешно и противно. Хорошо еще,что ты не женщина, а то точно бы влюбился в этот легкий изгиб губ и потемневшие глаза. Какие омуты, Стэн, да ты красавчик! Но от чего такая темень? От ярости? От напряженности? От желания представить себя в облике недотроги. Уж прости, но лучше моего "Ледяного Короля" еще никто и ничего не придумал.
После получения сотворенной пепельницы, Малфой растянул на губах усталую улыбку, от которой так и веяло не заданным вопросом: "Что дальше?" Убить ты меня все равно не сможешь, иначе бы я не проснулся. Конечно ты мог просто дождаться моего пробуждения ради того, чтобы поиздеваться. Но я-то уже понял, что ты ни в чем не изменился, а я, видимо, так и не покинул твой близкий круг, не смотря ни на что. Странно, правда, ощущать себя беспомощным в твоих руках, но так уж и быть. Я сам виноват в сложившейся ситуации.
-Здравствуй, Люциус. Знаешь, я крайне тобой недоволен. Догадаешься чем именно?
Конечно догадаюсь, ты недоволен тем, что я в очередной раз скрыл свои чувства. Хотя, посмотреть с другой стороны - ты чертовски доволен тем, сто ты снова прав. Люциус Малфой - сильный волшебник и жестокий человек для тебя всегда оставался маленьким мальчиком. Никогда у меня не получалось быть по отношению к тебе абсолютно холодным. Как бы я ни старался. Хотел - да. Смог - нет.
- Рабастан, какие высокопарные фразы. Ты меня удивляешь, дорогой. Неужто ты решил, что моя память вычеркнула все, что было связано с тобой лишь потому что я решил прервать наше общение и завершить многолетнюю дружбу? - зачем ты снова так себя ведешь? Ведь, буквально полчаса назад ты стоял перед ним на коленях и молил всех Святых о том, чтобы не было слишком поздно. Ты отдал энергии столько, сколько хватило бы на пару бойцов, попавшихся под руку того же разъяренного Лестрейнджа. В этой ситуации ты соображал лучше своего темноволосого друга. Потеря крови - глупость. Кольцо тянуло из тебя жизненную силу, друг мой. Древний артефакт, направленный на выяснение человеческих чувств. Об этом ты конечно не подумал, как не подумал и о том, что я мог бы и не прийти. А ведь, будь закрыто окно или прилети сова пятью минутами позже, это вполне могло бы случиться.
- Скажи только одно - зачем ты это сделал? Неужели тебе столь нужно мое общество, что ты готов был даже умереть от воздействия этого колечка? Ты так смотришь на меня, будто готов стереть в порошок, однако я лежу в твоей постели - невредимый.
Люциус сел в кровати и облокотился на подушки. Потом откинул одеяло. Еще раз отметил отсутствие рубашки и спустил ноги на пол. Встал, прошелся по комнате, разминая затекшие ноги. Потом подошел к хозяину комнаты и резким движением сцепил пальцы правой руки на горле жертвы мертвой хваткой. Немного наклонился вперед так, что его губы почти касались уха брюнета и уперся, для равновесия, о кровать коленом.
- Моя память меня никогда не подводила. Тебя, я думаю, тоже не касалась такая проблема. Я тебе обещал летальный исход после таких фокусов? Я знаю, что магия в твоей спальне для меня не доступна, но и физически я не являюсь слабым. Еще один такой закидон и я правда выполню свою угрозу, Лестрейндж! - Глаза блондина сверкали холодным пламенем, губы находились в состоянии плотоядной улыбки, волосы разметались по плечам. грудь неровно вздымалась - все же он был еще слишком слаб для таких действий.

Первая пощечина огрела Малфоя почти мгновенно.
-Люциус. Кольцо бы не убило меня. Не обольщайся. Я не идиот и не стал бы рисковать своей бесценной жизнью, просто ради какой-то блажи, ты не находишь?
Боль? это не описать словами! Не выразить действиями, не пережить.
Ледяная корка на сердце пошла паутиной трещин. Холодная плоть разрывалась. Не желала воспринимать этот момент, как действительно реальный. Жизнь... и  в чем смысл? Потеряно все. И ради чего? Да, ошибка была непростительной, но он и правда в какой-то мере оставался цветком, которым его именовал друг. Неприспособленным к жизни без того самого Рабастана, который сейчас ранил Ледяного Короля его же оружием. Нежная, пусть и в облике зверя, душа трепетала от желания закричать и трясти брюнета до того момента, пока он не поймет, что это слишком жестокая кара. На деле Люциус лишь немного отшатнулся.
Гримаса, очернившая идеальные черты Лестрейнджа после допущенной, пусть и минутной слабости, заставила Малфоя вспомнить о том, что все в этой жизни имеет начало и конец. Даже привязанность и доброта этого сильного человека. Был бы он ребенком - возможно и кинулся бы к "старшему брату", обнял бы его, как и прежде, за талию и тот забыл бы его промахи и недочеты. Мы выросли. За все свои поступки нужно отвечать. Ну что же, я готов. на что ты пойдешь ради достижения своей цели? Чем накажешь, а может и вовсе заставишь страдать и взывать о смерти? Ну хорошо, я весь - внимание!
-Хватит! Кажется, ты совсем не понимаешь, на что нарвался. Мне осточертели твои заморочки, меня достал твой образ и подобное отношение ко мне считаю неприемлемым. Я слишком долго потакал твоим выходкам. Думаешь, после того концерта, что ты мне тут устроил, ты имеешь право меня в чем-то упрекать? Имеешь право вообще прикасаться ко мне? В таком случае считаю своим долгом проинформировать, что ты жестоко ошибся.
Вторая пощечина. Сердце уже вырвалось из оков вечного льда и ныне вопрошало: "Что же дальше?" Вина - странное чувство для Слизеринца, но Люциус внезапно осознал, что в нем осталось что-то человеческое. В сущности, Малфой, не был так плох, коим хотел выглядеть. Просто слишком много рамок, слишком серьезное восприятие напутствий отца, слишком... просто все было "слишком"! В уголках его потемневшей души промелькнули искры доброты и нежелания так все оставлять. Хотелось все выяснить. Здесь и сейчас. Да, ошибся. Да, сильно. Да, признаю. Хотелось сказать это в слух, но не успел...
-Что ты мне скажешь, Люциус? Советую выбирать выражения.
Третья пощечина... Фенита ля камедиа... Желание вернуть все обратно замерло тихой птичкой. Сказать ему, что я сожалею? Признать то, что я (впервые в жизни) понял и принял свою ошибку? Лишь один вопрос...одно уточнение... он так не поступит, но все же... любопытство пересилило после визита домовика и отданного ему послания. Кому? Зачем?
- Чем же ты хочешь меня удивить, Рабастан? В этой жизни я ничего не боюсь, как и в смерти. Я внимательно слушаю тебя, - блеф, но иначе Люциус не мог. Был один не выясненный вопрос.

-Слушаешь меня? О, прекрасно. Слушай. У нас есть два варианта действий. Либо ты мне убедительно доказываешь свою лояльность, либо продолжаешь ломать комедию и переходишь в разряд моих врагов. В последнем случае ты нарываешься на крупные неприятности, несовместимые с жизнью, свободой или рассудком. Не думаешь же ты, что я тебя недооцениваю как противника? Ты вполне можешь стать проблемой для моего бесценного брата. Я тебе искренне советую первый вариант, Люциус.
Последняя капля. Брат - бесценен, а он - разменная монета. Все отлично. Почему бы и не так? Ведь к тому все и шло. Сам начал, сам и должен закончить.
Сказать - не сказать, покаяться перед принятием Авады от Лорда? А, может, повеселиться в последний раз? Хотя нет, палочки у меня нет, да и времени прогуляться по маггловскому кварталу мне не дадут, а жаль...
Интересно, отпустит ли?
С одной стороны - выйди я за пределы Лестрейндж - Менора и ...все... скажу "здравствуй" Салазару.
Да уж, широкий выбор - разнообразный!
Ну что же, дорогой мой, ты победил. Даже выиграл эту битву. Лишь в конце я желаю поставить точку своими руками. Ну или выбрать руки, которые приведут приговор в действие.
Люциус Малфой посмотрел прямо в чужие холодные глаза. Ни одной эмоции - блестяще, Стэни!
тишину, навалившуюся на комнату, словно непробиваемую паутину, внезапно разорвал дикий смех. Это была не радость, не боль, не защита - просто нервы. Да-да, вы не ослышались. У Ледяного Короля не выдержали его хваленые стальные нервы. Смех был недолгим, рваным, несчастливым и... обреченным что ли?!
-Рабастан, хочешь, чтобы я покаялся? В чем? В том, что не смог перебороть воспитание и жизнь под гнетом отца? В том, что не желал подпускать никого в так называемый "ближний круг"? В том, что жил по одному мне известным понятиям и правилам? Хорошо. Я признаю. никого и никогда я не любил. Никого и никогда не считал своим другом. Никто и никогда не трогал струн моей души. Стой, не надо про пафос. Это лишь мои мысли. Просто иначе не могу. Выслушай. Как заметил, - очередной смешок, - я беспомощен, как котенок. Из-за собственной глупости, кстати. Интересно, почему я так прикипел к этому перстню? Ведь пришли ты мне любую другую вещь или письмо "Умираю", я бы предпочел сладкие объятия Леди Нагайны.
Серые глаза с неподдельным интересом оглядывают темноволосого молодого человека, выискивая хоть малейшую реакцию. Привык. Ну,опять же, я и не сомневался.
Высокий блондин теперь казался не фарфоровой куклой, а уставшим от этой жизни древним старцем. Ни единой искорки. Все говорил тихо и спокойно, будто рассказывал о своей молодости малышам-внукам.
Поворот на каблуках...два шага к стене...остановился...рука сжалась в кулак...выброс вперед...от стены полетели мелкие крошки...пальцы распрямились...с разбитых костяшек капнула кровь...
Показуха? Пафос? Игра на публику? Желание выказать себя гениальным борцом или силачом?
нет, это всего лишь нервы, нервы, которые уже лопнули, словно лед весной, словно стекло под давлением, словно тонкие нити хитросплетенных паутинок. Люциус вел себя неадекватно, да что там, дико! Для своей натуры, конечно.
- Хочешь еще послушать? Может, тебе не хватило моего выступления тогда, когда я покинул тебя? Может тебе мало фраз, вроде "ты выбрал не тот объект", "Один из на с УМРЕТ" - слишком постно и не раскрывает всей многогранности моей натуры? Ты мазохист, Лестрейндж. Знаю, что ты уже почти вычеркнул меня из своей жизни, но на последнем дыхании твоей дружбы я еще успею станцевать.

Кажется или в глазах все того же жестокого убийцы и неисправимого циника мелькнули слезы?

Все так же, не поворачиваясь к хозяину дома, Малфой прошептал окончание своего монолога. Невооруженным взглядом было заметно, что это дается ему, ой как, нелегко.
- Стэн? Ты мог поверить в эти слова? Скажи! Неужели я и правда представляюсь тебе такой подлой тварью, которая может играть тобой? Делать все это ради собственного удовольствия? Лишать себя единственного друга?

- Не кричи, ни слова из вышесказанного я не преувеличил или выдумал, кроме...ну начну по порядку. "Я признаю. никого и никогда я не любил. Никого и никогда не считал своим другом. Никто и никогда не трогал струн моей души. " - все верно. Я не любил, а люблю. Я не считал, а считаю. Не трогал, а трогает! Я не знаю, как тебе это удалось. Честно. Не думал я, что во мне может еще что-то петь о романтике.

- "Интересно, почему я так прикипел к этому перстню? Ведь пришли ты мне любую другую вещь или письмо "Умираю", я бы предпочел сладкие объятия Леди Нагайны." - и это чистая правда. прикипел я к перстню, потому что тебя заинтересовали слова той старухи. Она и правда была умна. И права. В остальных случаях: посылки, письма, - были бы всего лишь проверкой меня. Вряд ли они были бы отправлены тобой.

- "Может, тебе не хватило моего выступления тогда, когда я покинул тебя? Может тебе мало фраз, вроде "ты выбрал не тот объект", "Один из на с УМРЕТ" - слишком постно и не раскрывает всей многогранности моей натуры? Ты мазохист, Лестрейндж." - я не хотел ставить под удар дорогих мне людей и это чистой воды правда. Может и странно, но таким образом я надеялся на то, что ты отпустишь меня и забудешь.

- "Знаю, что ты уже почти вычеркнул меня из своей жизни, но на последнем дыхании твоей дружбы я еще успею станцевать." - вот это вопрос к тебе, а не ко мне. В этом я правым быть не хочу и никогда не хотел. Ты для меня и правда самый близкий друг. Единственный, возможно. Ну, есть что ответить?

Отредактировано Lucius Malfoy (2009-04-28 05:30:39)